На главную страницу


Тематический каталог Меню Связаться с администратором сайта
0
0
0
s2sdefault
powered by social2s

Цветков И.А.

Статья опубликована в сборнике: Современные США: тенденции внутренней и внешней политики. – СПб., Изд-во СпбГУ, 2004. – С. 11 – 16

 

Необходимость реформирования системы внешнеполитических институтов и дипломатической службы была осознана американской политической и академической элитой еще в середине 1990-х гг. Несколько весьма представительных комиссий и исследовательских центров в своих докладах пришли к единому выводу о системном кризисе, поразившем американскую дипломатию [1] . Было признано, что механизм, созданный в годы «холодной войны», и весьма успешно себя тогда проявивший, в изменившихся реалиях рубежа тысячелетий требует серьезной реорганизации.

В конце 2000 г ., уже после избрания Дж. Буша-мл., был опубликован доклад комиссии Ф. Карлуччи, претендующий на обобщение выводов всех предыдущих комиссий и на выработку практических рекомендаций новой администрации [2] .

Уже при первом взгляде на этот документ бросалось в глаза несоответствие между масштабом кризиса, красочно обрисованного на первых страницах, и характером рекомендаций, которые преимущественно сводились к необходимости увеличения финансирования отдельных статей внешнеполитического бюджета. Авторы доклада явно предпочитали подход, который можно определить как «консервативный реформизм», и надеялись без сколь-нибудь заметной ломки сложившейся структуры, путем постепенного повышения профессионализма сотрудников дипломатической службы, их безопасности и социальной защищенности, придти к качественному улучшению того, что они назвали «корпоративным духом», и в конечном итоге к более эффективной защите американских интересов за рубежом.

На фоне совершенно справедливых суждений авторов «плана Карлуччи» о множестве новых угроз, о резком ухудшении отношения к США во многих странах, об интенсификации международных контактов на негосударственном уровне и других кардинальных изменениях в системе международных отношений, предложенный «терапевтический» подход к реформированию дипслужбы сразу показался многим критикам совершенно неадекватным решением. За немедленное «хирургическое» вмешательство выступили авторы вышедшего в то же время доклада комиссии Харта – Рудмана, в котором, помимо прочего, содержалась идея резкого упрощения организационной структуры госдепартамента, ликвидации большинства самостоятельных отделов, занимающихся глобальными вопросами (такими как терроризм, экология или торговля наркотиками), и превращения региональных бюро в главных координаторов всей политики на подконтрольной территории [3] .

Однако у авторов плана Карлуччи было гораздо больше надежд на практическое воплощение их идей. Дело в том, что именно этот доклад был принят за основу при разработке программы действий на посту госсекретаря новым главой госдепартамента К. Пауэллом. И сегодня, оценивая итоги трех лет его деятельности, можно сказать, что К. Пауэлл как будто специально разыгрывал роль, которая была написана для него авторами доклада Карлуччи. Он подружился с конгрессом, добился заметного увеличения финансирования внешнеполитических учреждений (ежегодно в среднем на 5 млрд.), начал реализацию программы «Дипломатической готовности» (увеличение численности дипслужбы на 1200 чел. к 2005 г .), направил значительные ресурсы на совершенствование систем безопасности и оснащение загранпредставительств современной техникой, стимулировал повышение сотрудниками дипслужбы профессиональной квалификации – т.е. действовал в буквальном соответствии с данными предписаниями.

Пауэллу удалось наладить личный контакт с сотрудниками госдепартамента. Он демонстрировал заботу о рядовых сотрудниках, активно взялся за решение их бытовых проблем. В этом смысле он радикально отличался от многих своих предшественников. М. Олбрайт, например, вообще ограничивала круг своего общения в госдепартаменте несколькими ближайшими помощниками, крайне редко выступала перед сотрудниками, была всецело занята вопросами большой политики.

Отеческая забота Пауэлла о дипломатах, несомненно, способствовала улучшению общей атмосферы в дипломатической корпорации. Однако дело не ограничилось эмоциями. В апреле 2001 г . Ассоциация дипломатической службы США (своеобразный дипломатический профсоюз) организовала дискуссию по поводу внесения изменений в формальные требования для продвижения по службе. Авторы поправок вдохновлялись отрывком из мемуаров Пауэлла: необходимо поощрять сотрудников, готовых идти на риск, а не тех, кто избегает «острых углов» ради карьерного продвижения. В связи с этим, в перечне необходимых качеств претендента на повышение, прилагательное «гармоничный» предлагалось заменить на «конструктивный» и внести некоторые другие коррективы для поощрения сторонников развития вместо сторонников стабильности [4] . Дипломаты встретили предложения с энтузиазмом, более 90% участников дискуссии высказались за «реформу». Почти детская восторженность умудренных дипломатов в этом эпизоде хорошо характеризует атмосферу в дипслужбе США накануне 11 сентября.

События 11 сентября 2001 г . поначалу лишь усилили эти настроения. Резко возросло число желающих поступить на дипломатическую службу. На экзаменах в 2002 и 2003 гг. наблюдался невиданный конкурс, заявления поступили от 80 тыс. претендентов, принято было чуть больше 1000.

Однако скоро над госдепартаментом стали сгущаться тучи. Выяснилось, что въездные визы были выданы террористам с нарушением существующих требований, да и сами требования чересчур мягки и либеральны. Долгое время никто из критиков не хотел признавать, что должным образом проведенное консульским работником интервью или правильно заполненная анкета вряд ли позволили бы выявить террориста, если его имя первоначально не фигурировало в «черном списке». Апогей критики пришелся на лето 2002 г ., когда через конгресс проходил президентский законопроект о создании Департамента внутренней безопасности (Department of Homeland Security - DHS). Радикальные критики предлагали полностью передать DHS функцию выдачи виз, хотя в проекте шла речь лишь о надзоре.

Ценой серьезных усилий, использовав самые мощные средства, в том числе феноменальную популярность (рейтинг Пауэлла превышал президентский и достигал 80%), госсекретарь отстоял позиции своего ведомства. Правда, пришлось пожертвовать главой консульского отдела – находившаяся на этом посту рекордные 9 лет Мэри Риан (карьерный посол) была отправлена в отставку в июле. А в октябре 2002 г . ей была присуждена премия госдепартамента «за выдающиеся достижения» (15 тыс. долларов). Тем самым Пауэлл продемонстрировал критикам госдепартамента, что соглашаясь на тактические уступки, он не признает огульных обвинений, которые по сути все более напоминали печально знаменитый маккартизм 1950-х гг.

С конца 2002 г . ситуация вокруг Ирака стала оказывать определяющее воздействие практически на все аспекты политики США. Уже на стадии подготовки американского вторжения госдепартамент и Пентагон вступили в жесткое противоборство по вопросам о целях и методах американской политики (хотя внешне главы этих ведомств К. Пауэлл и Д. Рамсфелд стремились показать, что между ними существуют ровные деловые отношения).

Весной 2003 г., уже после завершения первой фазы военной операции, вдохновителем нового наступления на госдепартамент стал Н. Гингрич. В апреле он выступил в стенах консервативного American Enterprise Institute, а затем опубликовал в летнем выпуске журнала Foreign Policy статью «Неподконтрольный госдепартамент» [5] . Почти в духе сенатора Дж. Маккарти Гингрич обвинил американских дипломатов в нелояльности президенту, в том что они целенаправленно разрушают своими действиями плоды блестящих побед армии США в Ираке. Гингрич призвал к немедленным радикальным преобразованиям внешнеполитического ведомства с целью устранения самой возможности корпоративной оппозиции дипломатов курсу Белого дома.

Первая реакция многих дипломатов на обвинения была скорее ироничной. Глава европейского бюро госдепартамента Элизабет Джонс прославилась фразой, сказанной во время одного из интервью: «То, что говорит Гингрич меня не интересует. Он идиот, и вы можете это опубликовать» [6] . Однако постепенно выступления Гингрича были переквалифицированы многими аналитиками из разряда эксцентричной выходки в настоящий манифест неоконсерваторов. Реально существующие в системе американской дипломатии проблемы превращали дипслужбу в легкую добычу «ястребов», тем более что, критикуя дипломатов, они тем самым наносили удар по Пауэллу, признанному лидеру умеренного крыла администрации.

Хотя даже Гингрич не осмелился перенести свою критику лично на Пауэлла (в телеинтервью, в ответ на прямой вопрос, он охарактеризовал Пауэлла как «прекрасного человека» [7] ), общественная дискуссия, последовавшая за его выступлениями, явно омрачила атмосферу в которой сейчас начинается подведение итогов пребывания Пауэлла на посту госсекретаря. С одной стороны, Пауэлл практически полностью «выполнил указания» комиссии Карлуччи. В условиях нескольких волн жесткой критики он не допустил сокращения сферы компетенции и влияния госдепартамента. В то же время все усилия Пауэлла по реформе госдепартамента не сделали дипслужбу менее уязвимой для критики. Системный кризис никуда не делся, а наоборот, в новой непростой ситуации проявился еще четче. Неизвестно, переживет ли «моральный подъем» в рядах дипслужбы возможные после выборов 2004 г . перемены в руководстве.

В итоге, уже с лета 2003 г . в прессе стали высказываться суждения в том смысле, что «Пауэлл упустил свой шанс стать великим госсекретарем» [8] . По-видимому его опыт ограниченных реформ дипломатической службы станет в ближайшие годы отправной точкой для более серьезных структурных преобразований в американской дипломатии.

 


[1] См . America's Overseas Presence in the 21st Century / Overseas Presence Advisory Panel. Washington , D.C. , 1999; Equipped for the Future: Managing U.S. Foreign Affairs in the 21st Century / The Henry L. Stimson Center . Washington , D.C. ,1998; First Line of Defense: Ambassadors, Embassies and American Interests Abroad / American Academy of Diplomacy . Washington , D.C. , 2000; The Foreign Policy Struggle: Congress and the President in the 1990s and Beyond / Institute for the Study of Diplomacy. Washington , D.C. , 2000; Taking Charge: A Bipartisan Report to the President-Elect on Foreign Policy and National Security / The RAND Corporation. Santa Monica , Calif. , 2000; Who Needs Embassies? How U.S. Missions Abroad Help Shape Our World / Institute for the Study of Diplomacy. Washington , D.C. , 1997.

[2] State Department Reform / Independent Task Force Report Cosponsored by the Council on Foreign Relations and the Center for Strategic and International Studies. New York , 2000 .

[3] Roadmap for National Security: Imperative for Change / U.S. Commission on National Security/21st Century. Arlington , Va. , 2001. Среди авторов этого доклада числились такие влиятельные, и в то же время непохожие друг на друга политики как Л. Гамильтон и Н. Гингрич.

[4] Электронная рассылка American Foreign Service Association AFSANET, 28 марта 2001 г .

[5] Gingrich N. Rogue State Department // Foreign Policy. July/August 2003.

[6] Washington Times. April 29, 2003.

[7] New York Times. June 18, 2003

[8] См . например : Slavin B. Diplomatic victories elude Powell // USA Today, May 21, 2003. Впрочем, необходимо заметить, что Пауэлла все-таки гораздо чаще хвалили, чем ругали. В апреле 2003 г ., еще до выступлений Гингрича, Совет по внешней политике, оценивая пребывание Пауэлла на посту госсекретаря, назвал его достижения «значительными, даже историческими» ( Washington Post . April 22, 2003 ).

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Оценка 0.00 (0 Голосов)

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить