На главную страницу


Тематический каталог Меню Связаться с администратором сайта
0
0
0
s2sdefault
powered by social2s

Версия статьи на английском языке опубликована на сайте Russia Direct

23-25 марта 2016 года в Москве находился с визитом госсекретарь США Джон Керри. Он провел переговоры с министром иностранных дел Лавровым и президентом Путиным, встреча с которым продолжалась около четырех часов.

Уже третья встреча госсекретаря США с руководством России прошла в похожем формате: Джон Керри приезжает на переговоры с Путиным и Лавровым через некоторое время после неожиданных внешнеполитических ходов Кремля (сначала после заключения Минских соглашений, затем после ввода российских войск в Сирию, теперь – после их вывода). Переговоры растягиваются на целый день, Керри мужественно борется с джетлагом, тщательно работает над образом “друга российского народа”, для чего организуются прогулки по Москве и встречи с представителями гражданского общества, а в публичные заявления американского гостя обязательно включаются различные вдохновляющие истории (на этот раз – история о длительной совместной работе американца Скотта Келли и россиянина Михаила Корниенко на международной космической станции).

 

Российские руководители также ведут себя достаточно стереотипно: Путин привычно шутит, Лавров рассказывает журналистам о широчайшем круге затронутых в ходе переговоров вопросов и читает им небольшую лекцию на избитую тему о провале политики США на Ближнем Востоке.

Однако теперь, после третьей подобной встречи, уже можно делать выводы не только о сходстве их внешнего антуража, но и о степени их результативности.

Первый, и наиболее важный вывод заключается в том, что механизм российско-американских переговоров работает и приносит свои плоды. События вокруг Сирии после декабрьской встречи Керри с Лавровым и Путиным развивались почти в полном соответствии с прозвучавшими тогда заявлениями: запущен переговорный процесс между оппозицией и Асадом, принята резолюция СБ ООН, объявлено перемирие. Не исключено, что и вывод части российских войск из Сирии был так или иначе согласован уже тогда, в декабре.

Следующий важный итог визитов Керри – это демонстрация того, что Соединенные Штаты действительно заинтересованы в сотрудничестве с Россией, и не на словах, а на деле руководствуются часто декларируемым принципом: острые противоречия по одним вопросам не исключают возможности для тесного сотрудничества по другим. Понятно, что, отказавшись от прямого военного вмешательства в Сирии, администрация Обамы просто вынуждена была поставить эту проблему на аутсорсинг. И даже такой сомнительный союзник, каковым выглядит Россия после украинского кризиса, вполне способен помочь США добиться в Сирии желаемых результатов.

Важнейшей задачей Кремля в такой ситуации выступает презентация реально существующего российско-американского сотрудничества по Сирии в нужном свете. России хочется предстать не в виде “рабочей лошадки” Вашингтона, которая выполняет в Сирии грязную работу по искоренению международного терроризма, а в качестве самостоятельной и могущественной великой державы, которая руководствуется только собственными интересами и ничем иным.

На итоговой пресс-конференции Сергей Лавров долго и тщательно перечислял многочисленные темы, затронутые в ходе переговоров. Сирия и Украина были лишь двумя пунктами в этом длинном списке. Российский министр вспомнил и про Йемен, и про расширение НАТО, и даже выразил недовольство по поводу методов, которые США используют для оказания давления на Северную Корею. Керри не стал отрицать, что все эти вопросы затрагивались, но и не прокомментировал отдельно что-либо, кроме Сирии и Украины.

Очевидно, что настоящие переговоры шли в Москве именно по этим сюжетам, а не по глобальной повестке, в рамках которой позиция России Соединенным Штатам не так важна и интересна. Россия может сегодня оказывать влияние на Дамаск и на сепаратистов востока Украины, может наносить удары по позициям террористов в Сирии – в этих вопросах Вашингтон ведет с Путиным заинтересованный диалог. Все же остальное важно не США, а России, да и то, не в практическом ключе, а для поддержания имиджа глобального политического игрока.

Джон Керри на пресс-конференции сказал о том, что американская сторона после переговоров гораздо лучше понимает позицию российского руководства, и что это один из важных результатов проведенных консультаций. Казалось бы, совершенно банальное утверждение, но в современном контексте российско-американских отношений оно имеет глубокий смысл.

Известно, что внезапность и непредсказуемость стали в последнее время “фирменными” чертами внешней политики Путина. Секретные операции, введение в заблуждение оппонентов, а заодно и собственных граждан – во всем этом российский президент знает толк, и все более активно пользуется подобными методами для достижения политических целей.

Неудивительно, что самым дорогим дипломатическим товаром в такой ситуации становится знание о реальных планах и намерениях, которым Путин делится лишь с избранными людьми из своего окружения и международными партнерами. Судя по тому, что Керри приезжает к российскому президенту уже третий раз за год и внимательно его слушает, американская сторона полагает, что в общении с госсекретарем Путин более-менее искренен. 

Интересно, что подобные заявления со стороны российских дипломатов, о лучшем понимании американской позиции после проведенных переговоров, звучат гораздо реже. Это также отражает объективную реальность: чтобы понять внешнюю политику США не надо добиваться аудиенции у Барака Обамы и вести с ним четырехчасовые переговоры за закрытыми дверями.

В американской внешней политике все гораздо более предсказуемо и транспарентно. Косвенным подтверждением данного факта может служить очевидная незаинтересованность российских властей в развитии “американских исследований”: зачем тратить деньги на ученых, если для поиска ответов на возникающие вопросы достаточно почитать “Нью-Йорк Таймс” или “Вашингтон Пост”.

То, что в результате такого подхода без адекватных представлений о США остаются миллионы россиян, Кремль совсем не беспокоит. Это лишь облегчает задачу по формированию образа врага средствами государственной пропаганды.

Если по итогам прошедшей в Москве встречи продолжится сотрудничество США и России в Сирии, а в Украине конфликтующие стороны ускорят реализацию минских договоренностей – это можно только приветствовать. Впервые за несколько лет возникла ситуация реальной взаимной заинтересованности между Москвой и Вашингтоном: Белый Дом стремится к сглаживанию конфликтов и противоречий в завершающий год администрации Обамы, Кремль хочет использовать прагматичные отношения с США для восстановления великодержавного статуса России в международных делах.

Тревогу вызывает лишь то, что такая ситуация носит временный характер, а накопившиеся противоречия между Россией и США гораздо более фундаментальны, чем существующие поводы для сотрудничества.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Оценка 0.00 (0 Голосов)

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить